Гашёные марки | Первая книга стихов

alexandrbarinov.ru | Официальный сайт поэта Александра Баринова

Высоко бросали покойника...

Высоко бросали покойника

от подножного корма. Стойте,

кости мои, я только

набросаю чертёж конкордий.

Тут и свара молочных линий,

лессированных под линзы.

Тут традиция — в невском иле

графомания кристаллизма.

Было весело пальцам мёртвым

в сиром свисте в халат цепляться.

И командовать Музе флотом

с кандалами без изоляции.

С кровожадно молочных комьев

пролетающих — спрос о прошлом.

Завожжи одного, припомним,

что кричал в купоросе коршун.

И конца им не будет — в криках

всё зарезанные мальчишки,

позабытые в красных книгах

воробьиные их пальтишки.

Были б косточки — наростает

мясо. Больно? Сочти за честь

быть расклёванным птичьей стаей.

Время входит в обмен веществ,

с никотином урча по краю

лёгких — в обморочный овраг.

Светлым облаком догорая,

пропадает в тюрьме бумаг.

Полугодье дышав на льдину,

Слышишь брачную песню соек —

и с осоки, как с гильотины,

высоко подлетел покойник,

высоко подлетел покойник,

и, разбрызгав лимонный яд

сапогом, ты бежишь по полю

и дразнишь его: "ты — не я!".

И по ярусам отрицанья

многоженствует ветерок,

а душа, изгибаясь сталью,

рассекает ему висок.