Тексты | Cказки про волка и не только

alexandrbarinov.ru | Сайт Александра Баринова

Тексты: сказки



Трескучий пиратский бочонок, обтянутый трикотажем красного цвета, с символом дзен. А внутри, что внутри? Слева болит, справа колет. Все шмотки туго перетянуты гладкой подарочной кожей брюха, а наступит Новый Год — и патологоанатом развяжет тебя от гортани до паха и вынет всё на поднос, и тогда уж точно некому станет такое примерять. Egghead!

Следует какие-то бумаги у нотариуса оформить, дабы этого избежать. Но, говорят, в случае насильственной смерти или суицида никакие завещания не помогут. Люди, нас потрошат после смерти, вам это не кажется странным? Практикуется некая процедура изъятия тела усопшего, как вещь, на которую родственники имеют уже строго ограниченное законом право, в горе или радости своём не разумея, что вот поломают скоро "мясную избушку" их бывшему товарищу, через наружные закрома вынося и старые часы с кукушкой, и комод с поломанными ножками и туго выдвигаемыми ящиками, и соломенную перину с кровати. А я, может быть, вон он я — с озера поднимаюсь, иду к дому своему и не знаю ещё, что умер. Но что это такое передо мной, как к дому сворачивать? Окна выбиты с рамами, двери с петель сняты, выброшены наружу стол, стулья, чайник с утренней заваркой. Стихотворение, что не дописал (и такое бывает), в осколках стакана и чаинках. И жена моя с малыми чадами воет-причитает где-то за огородом, бурьяном поросшим, за сливой одичавшей. Подойти, посмотреть иль к соседу бежать узнавать, что случилось, пока меня не было? Ведь я не птица, чтоб по мне гадать, каково мне будет с таким мёртвым швом поперёк татуировки?

Почерневшая гнилая камья, долбушка, душегубка. Лодка моя браконьерская, крыльями стянутая, веслом направляемая, течением сносимая, сетями ряжёвыми перегруженная, ты без уключин и паруса, ты от осины взятая, лет тебе по сто рости , да полторасто цвести, тысячу лет меня нести, снасть мою и сноровку, в тросту и боброву хатку, да в окушковую ямку. Давиться или топиться? Но, каб не дал бог топора, то давно бы топиться пора. А было б поле, найдём и сошку. Вместе тошно, а розно скучно. В тесноте люди песни поют, на просторах волками воют. Так и наш брат покойник — ни слова напрасно не скажет. А уж коли вымолвит, так изволь слушать.

Сказку я обещал когда-то дочурке моей сочинить, да как ни брался, всё рассказ выходил, для людей и подлюдков, рассказ выходил, а не сказка, мне ещё друг заповедный сказал, сказку, брат, вымолить надо, как государя, или коня, или меч-кладенец, а иначе — под нож психиатра! Иначе, обещал мне мой друг, тебя просто вскроют на месте.

Здоровье же у меня по-прежнему крепкое, просто не сложилось что-то в отношениях, а и внутри меня рессоры кто-то на полном ходу бросил — точно уж не писатель.